Фото: bing.com

Треть производимой в мире еды, пригодной в пищу, оказывается на помойке, подсчитали эксперты ООН. В Европе из десятка яиц в мусорное ведро попадают два. Их судьбу разделяют и три баночки йогурта из десяти — их даже не открывают. Голодает в мире около 1 млрд человек.

Защитники прав потребителей из немецкого филиала Foodwatch на днях объявили список претендентов на антипремию «Золотая пустышка» за самую лживую рекламу еды. В числе претендентов — «витаминизированные» леденцы, которые на деле не приносят никакой пользы, и йогурт, вопреки обещаниям, не улучшающий работу кишечника. «Учитывая то, что в заблуждение потребителей вводят ежедневно, у них достаточно оснований, чтобы разозлиться на пищевую промышленность», — констатировала глава оргкомитета конкурса Анне Марквардт. Голосование еще только началось, но можно предсказать, что о результатах его расскажут все ведущие германские СМИ: способ заклеймить ложь избран яркий, наглядный, понятный каждому.

Эколог Ханна Поддинг относится к подобным акциями со скепсисом. Они, по словам 25-летней немецкой защитницы природы, не способны изменить сложившееся в мировой экономике отношение к еде как к источнику прибыли, а не к источнику калорий. «Повсюду максимизация прибыли, — говорит фрау Поддинг, которая вот уже несколько лет в назидание миру питается едой из мусорных контейнеров крупных супермаркетов. — Если где-то растет овощ, то главный вопрос, не как накормить им страждущего, а как выгоднее его продать. Это приводит к тому, что люди, страдающие от голода, вынуждены выращивать кофейные деревья. Мировые цены на кофе так высоки, что выгоднее заниматься кофе и экспортировать его в другие страны, где люди готовы платить за него большие деньги».

Фото: wowdewow.co.uk

В том, что пора менять отношение к продуктам питания, убежден и менее эксцентричный эксперт. «Мы покупаем больше, чем в состоянии съесть», — объясняет Ульф Сонессон из шведского института питания и биотехнологий (Swedish Institut for Food and Biotechnology), по заданию ООН вместе с коллегами изучавший содержимое мусорных баков по всему миру. Жители индустриально развитых стран, как правило, выбрасывают еду не потому, что она испортилась, а потому, что она выглядит несвежей, ее было приготовлено слишком много или, судя по цифрам на упаковке, истек срок годности. В год, по словам специалиста, только в Европе и Северной Америке на помойке без нужды оказывается 220 млн тонн продуктов. Среднестатистический житель индустриально развитой страны в год выбрасывает от 95 до 115 килограммов еды стоимостью более 300 евро. В Европе из десятка яиц два оказываются в мусорном ведре, и вовсе не потому, что они разбились, а потому, что долго лежали в холодильнике. Их судьбу разделяют и три баночки йогурта из десяти — их даже не открывают.

«Фирмам выгодно, чтобы еду выбрасывали, — убеждена Ханна Поддинг, посвятившая этому явлению целую книгу. — Никто не выбрасывает еду, потому что ему это нравится. Такова система, в которой выбрасывать выгоднее, чем потреблять. Торговцу дешевле избавиться от упаковки варенья, где разбита только одна банка, чем распаковать, заменить ее на целую и снова упаковать».

Слабым утешением может служить вывод исследователей ООН, что жители развивающихся стран к еде относятся немногим лучше. Правда, там вынуждены от нее избавляться из-за недоразвитости сельского хозяйства: устаревшая техника, недостатки при хранении, транспортировке приводят к тому, что сгнивает 40% урожая. В целом, по всему миру одна треть продуктов питания скармливается помойкам. В случае с зерновыми ситуация еще драматичнее: половина урожая становится отходом, до тарелки так и не добравшись.

Кристиан Трауманн, президент международной упаковочной выставки Intepack, говорит, что небольшим фермерским хозяйствам в странах вроде Индии, Южной Африки и Бразилии нужны простые и недорогие машины, поставляемые в рамках международных гуманитарных проектов. На крупных рынках, например, немецком или американском, требуются машины, которые фасуют еду более мелкими порциями. Да и самой упаковке пора «поумнеть». Во время конференции «Save Food», которая проходит сейчас в Дюссельдорфе, была представлена новая упаковка для зелени с минитермометром, которая помогает определить, был ли нарушен температурный режим во время доставки продукта от производителя к покупателю. По мнению разработчиков, годность салата, огурцов или томатов можно будет определять более точно. Новинка стоит дополнительных денег. «Потребитель должен быть готов оплачивать такую упаковку», — признает Кристиан Трауманн.

В Германии ежегодно в мусорных баках оказываются 20 млн тонн продуктов питания. 15% отправляются туда даже нераспакованными. Для европейских природоохранных организаций эти данные — лишний повод сказать: «Зажрались». «Такое поведение недопустимо, — заявил немецкий аналитик Клаус Тёпфер в интервью газете Die Welt. В мире голодает около 1 млрд человек». Совестливость по отношению к чужому труду в вопросах питания, по его мнению, плохо знакома европейцам. «Мы живем в обществе изобилия», — объясняет эту опасную тенденцию министр сельского хозяйства ФРГ Илзе Айгнер, готовясь к борьбе за «этичное отношение» к еде. До конца года ведомство Айгнер намерено завершить национальное исследование о еде в мусорной корзине.

«Проблемы невозможно решить немедленно, но у потребителей есть инструменты влияния: они могут с умом покупать и с умом питаться», — пишет во вторник немецкая газета Neue Osnabrücker Zeitung. Агентство dpa, признавая, что к еде европейцы относятся недостаточно уважительно, вместе с тем, утверждает, что в последние годы потребители стараются питаться более осмысленно. Показательна в этом смысле недавняя реплика знаменитого в Германии повара Йохана Лафера: «Я тоже люблю сосиски в соусе «карри», но это должны быть хорошие сосиски, а соус — без ароматизаторов и пищевых красителей».

Ханна Поддинг, ресторанам предпочитающая мусорные контейнеры, уверена, что все эти усилия — не более чем попытка заглушить муки совести. Куда правильнее, по ее мнению, было бы научиться выбирать продукты не по вкусу, а по тому, сколько ресурсов на них потрачено, сколько воды пролито и сколько им потребовалось сельскохозяйственных площадей. Только так в пищевой промышленности главной станет не прибыль, а еда.