Фото: charlescantrill.com

На юге Португалии, в регионе Алентежу, проходит ежегодный праздник урожая пробкового дуба. Корреспондент Guardian Люси Сигл поехала в один из 350 населённых пунктов страны, где растут пробковые деревья, чтобы рассказать о сборе урожая.

Эрдади-душ-Фигалдуш находится в районе Бишкаинью округа Сантарен недалеко от Лиссабона. Словно по команде, в июне и августе каждого года два десятка мужчин в возрасте от 16 до 70 лет выдвигаются с топорами к деревьям. Затем они начинают аккуратно орудовать инструментами, но они не рубят деревья — им нужна лишь сочная кора. Мужчины обнажают дуб, оставляя красную поверхность до следующего раза. На дереве белой краской делают пометку — новую кору с него можно будет взять лишь через 9 лет.

Пробка будет высушиваться в течение нескольких месяцев, прежде чем её можно будет обрабатывать. Фото: zachandchristie.com

Периодически подъезжают грузовики, на которых кусочки пробки доставляют в близлежащие сараи, где пробка будет высушиваться в течение нескольких месяцев, прежде чем её можно будет обрабатывать. Автомобиль, пожалуй, единственная инновация во всём процессе, который не изменился с XVIII века, когда на юге Испании, Португалии, в Марокко, Алжире и Турции стали выращивать монтадос (открытые леса пробкового дуба) в коммерческих целях для производства винной пробки.

Работа кипит

«Необходимо иметь опыт, чтобы чувствовать топор, — рассказывает один из молодых сборщиков, 26-летний Даниэл Перейра. — Некоторым из этих деревьев более 100 лет и я не хочу повредить их. Я четыре года обучался, пока меня не допустили к самой уборке урожая. Это то, что каждый хотел бы делать. К тому же, это очень хорошо оплачивается. Это уникальная работа, нет ничего похожего на сбор пробки».

И это действительно так. Пробку можно собирать только с коры деревьев, которые не содержат продольных волокон, поэтому необходимо аккуратно нарезать её топором. Плиний Старший рассказывал о пробковом дубе в своей Naturalis Historia: его товарищи использовали пробку для производства сандалий, а первые пробки для закупорки бутылок с вином были найдены в амфорах Помпей. Пробковый дуб живёт более двухсот лет. Лучшие экземпляры пойдут на закупорку лучших напитков, пробка похуже сгодится для обычных вин, которые пьют каждый день в качестве аперитива.

Кору с дуба снимают до красной поверхности и оставляют до следующего раза. Новую кору с него можно будет взять лишь через 9 лет

И никакие здесь аутсорсинг с субподрядчиками не помогут — крестьяне весело размахивают топорами в глубине леса неподалёку от деревушек, где живут уже много поколений их семьи. Перейра и его товарищи в день могут собрать урожай с 10 больших и 20-30 средних деревьев. Отвечая на вопрос, есть ли у них профсоюзы, начальник смеётся: «Этим ребятам действительно не нужны никакие союзы. Их работа хорошо оплачивается». За каждый день они получают около 120 евро. В сельской местности большая безработица, так что за три месяца удаётся скопить большие деньги, которые поддерживают семью на протяжении остальной части года. Если произвести небольшие расчёты, то получается 33,3 тыс. рубля в месяц — но, повторимся, речь идёт о сельской местности, с подсобным хозяйством в каждом доме, а не о мегаполисе, где такая сумма покажется небольшой.

Важная роль

Деревья произрастают в смешанных лесах и их корневая система — отличный регулятор воды в этом полузасушливом регионе. Они также укрепляют почву и дают тень разнообразным биологическим видам. Согласно докладу Всемирного фонда дикой природы, 108 тысяч гектаров лесов пробкового дуба играют важную роль в предотвращении опустынивания Португалии. Каждое дерево помогает выживать около 100 видам, эти леса — практически единственное место, где обитает редкий орёл-змееяд и иберийская рысь (на территории Португалии водится на самом юге). Это живая экосистема, эффективно поглощающая углерод (по скромным подсчетам, пробковые леса перерабатывают около 10 млн. тонн CO2 в год).

Корневая система — отличный регулятор воды в этом полузасушливом регионе. Фото: tonyboon.co.uk

Хорошая получается идиллия, но давайте задумаемся о хозяйственном значении лесов. А вдруг, в один несчастный день, пробка для бутылок окажется больше ненужной? Сторонники натуральной пробки свысока смотрят на «синтетических выскочек» — пластиковые пробки и колпачки. Но за последние 15 лет использование натуральной пробки в укупорке лучших вин снизилась с 90 до 70 %. На глобальном уровне действуют более 30 производителей пластиковой пробки и это постепенно приносит плоды — 85 % австралийских и 45 % новозеландских вин в настоящий момент укупориваются винтовыми колпачками.

Похороны пробки

Очевидно, что ещё рано хоронить пробку. Хотя не все так считают. В октябре 2002 года рядом со станцией Гранд-Централ в Нью-Йорке проехал катафалк, в котором хоронили куклу из пробки по имени мсье Тьерри Бушон (Thierry Bouchon; tire-bouchon — в переводе с французского означает «штопор»). Всемирно известный знаток вина Джансис Робинсон произнёс надгробную речь: «О, пробка! О, пробка, пробочка ты наша! Как нам будет не хватать твоего цилиндрического величия». Каламбур завершился слёзной церемонией и окончательным списанием пробки. Но, по поверьям, как известно, кого преждевременно хоронят, тот долго проживёт.

Акция американских виноделов хоть и была пронизана грустью, но в то же время носила шуточный оттенок. И она, скорее всего, прошла незамеченной для широких профессиональных кругов. А вот переход португальских производителей на винтовую пробку — это очень серьёзный шаг, здесь уже не до смеха. Примерно в то же время один из крупнейших американских производителей вина перевел на неё сразу 80 тыс. бутылок. Сейчас, спустя 10 лет, Ренделл Грэм, основатель винодельни Bonny Doon в Калифорнии, полностью доволен своим выбором и не может представить себе возвращения к пробке. Тогда Робинсон пропел в своей «литургии»: «Великий и могучий супертанкер под названием «Винтовые крышки» развернул свои паруса, и назад пути нет».

Фото: guardian.co.uk

Самое печальное, что к тому были основания — проблемы с самими пробками. Грэм рассказывал Люси Сигл, что он был очень разочарован: «В 1996 году нам потребовалось закрыть некоторые вина пробкой с кольеретки, на которую была нанесена печать синтетической краской. Пробка не могла взаимодействовать с синтетикой, и нам пришлось заменить её на винтовой колпачок».

Ужас для энофила

В 1981 году швейцарский исследователь обнаружил, что есть опасность образования на пробке ужасного, с точки зрения энофила (любитель и знаток вина — Прим. ред.), соединения — 2,4,6-трихлороанизола. Внешне пробка ничем не отличается, но даже минимальное количество этого вещества хватает, чтобы испортить вкус вина. Причём обнаружили этот грибок в пробке от бутылки вина ценой в 400 долларов.

Трихлороанизол — продукт деятельности особого грибка, который поселяется в порах пробки и питается веществами, содержащими хлор. При этом вино пахнет, по описанию первооткрывателя, «как помесь заплесневелых газет и старых носков». Большинство из нас не сможет обнаружить этот запах, пока концентрация спор грибка не повысится до 6 частей на триллион молекул, но эксперты смогут определить и при концентрации в 2 части. Но даже профессионалы не могут нюхать свыше 200 бутылок в день, с обязательным перерывом через каждые 50 пробок. Вероятность того, что вино будет не того качества, составляла 10-25 %.

Фото:  winevine-imports.com

«Это правда, мы проигрываем борьбу колпачкам», — грустит Клаудиу ди Жезуш, 46-летний директор по маркетингу португальской фирмы Amorim, ведущего мирового производителя пробки. Ну и теперь, эта фирма — один из ведущих хранителей и радетелей пробковой традиции. В 2001 году ди Жезуш оставил свою работу в качестве трейдера на Уолл-стрит и вернулся в родную Португалию. Его приезд совпал с тем, что генеральным директором стал четвёртый представитель династии Аморинов — Антонио Аморин. Фирма с тех пор пытается максимально улучшить качество продукции — они потратили большие деньги на кипятильные камеры, чтобы мыть пробку, на лабораторию машинной газовой хроматографии, где выявляются малейшие пятна на материале. Они, кажется, добились определенных успехов — энолог Кристофер Бутцке, который когда-то очень хулил пробку, теперь говорит, что она достигла уровня качества в 99 %, а трихлороанизол — не такая уже большая проблема для потребителей вина.

Ди Жезуш держит пробки между пальцами и проверяет их на свету. Это одна из тех высококлассных пробок, которая вырезалась из цельного куска коры. Такими закупориваются бутылки самых изысканных вин. Его спрашивают, почему они не диверсифицируют производство вместо того, чтобы бороться на винном рынке — ведь из пробки делают обувь, защитные шлемы. А когда на свалке Fresh Kills возникли серьёзные проблемы, BP даже использовала пробку для поглощения разлитой нефти. Ди Жезуш отвечает: «Пробка имеет множество применений. Это удивительное вещество, но мы делаем именно пробку для вина. Каждая бутылочная пробка обладает множеством (800 млн.) дышащих пор, при этом обладая необходимой упругостью, не дающей просачиваться напитку. Человеческие технологии не могут повторить такой материал. Chateau Margaux («Шато Марго») стала большой маркой вина именно благодаря пробке».

Что же дальше?

Однако если говорить о британских потребителях, то тут всё для пробки довольно печально. Tesco привела данные, согласно которым 40% от всех проданных компанией вин в настоящее время закрываются колпачками, а ведь есть ещё 15-20 % бутылок с синтетическими или «техническими» пробками. Саймон Уоллер из Supreme Corq, одной из крупнейших фирм-производителей синтетических пробок, рассказывает Люси, что «сейчас лучшее время для потребителей вина: технологичные, практичные, завинчивающиеся крышки и снижение производственных расходов на 10% означают и снижение цены на вино».

Во время похоронной процессии Джансиса Робинсон говорилось: «Какой смысл держать вина на прилавках магазинов — единственный товар, который необходимо было закрывать особым способом, отличным от всех других аналогичных товаров. Мы не думаем, что массовый потребитель с радостью вернётся к штопорам для сохранения экосистемы Алентежу».

Вот и всё. Сбор урожая пробковой коры 2010 года подошёл к концу. У крестьян с одной стороны есть пробковый дуб, материальная польза которого для них была описана выше. С другой стороны, есть быстрорастущие плантации эвкалиптов, которые охотно скупаются целлюлозно-бумажными предприятиями за несколько месяцев. Если пробочному бизнесу настанет… пробка, выход для плантаторов будет найден. Всё будет отдано на откуп эвкалиптам, включая заросли пробковых деревьев, и плевать они хотели на экосистемы. Так что будем следить за дальнейшим развитием событий.

Тема статьи: производство пробки для вина