Фото: rian.ru

В Послании Федеральному Собранию Дмитрий Медведев назвал российское общество «архаичным» и предложил его всесторонне модернизировать. Как понимать эти оценки и намерения власти? Корреспондент журнала «РФ сегодня» Дмитрий Крылов пробует разобраться в данном заявлении на примере фармацевтической промышленности (статья «Упаковка — наша, лекарства — китайские»).

Президент обещает, что «мы обеспечим людей качественными и доступными лекарственными средствами», и добавляет: «Мы уже определились с перечнем стратегически значимых лекарств» для производства в России. В список вошел 51 препарат.

Чтобы понять озабоченность Правительства лекарственной тематикой, кратко обрисуем картину на российском фармрынке. На нем доминируют иностранные компании. Свыше 75% продаж на свободном рынке в денежном выражении — за иностранными компаниями, в том числе фармацевтическими ТНК. Таким образом, российское общество и государство, медицинское сообщество лишены контроля над тем, какие именно лекарства выходят на наш рынок. Большая часть решений принимается в офисах иностранных компаний, и прибыль от продаж на нашем довольно большом рынке уходит за границу. Ощутимый подъем цен на лекарства в 2009 году, как отмечает генеральный директор Ассоциации Российских Фарм-Производителей (АРФП) В. Дмитриев, объясняется в значительной степени изменением курса рубля к доллару и евро.

Что совсем уж неожиданно, доля иностранных лекарств, закупаемых по госпрограммам, составляет около 95%! Это те лекарственные средства, которые государство закупает на средства федерального (и других государственных) бюджета, то есть на налоги, которые мы все платим. Механизм госзакупок устроен так, что при наличии более дешевых российских аналогов контракты на поставки уходят зарубежным компаниям. Это довольно типичная колониальная система, при которой производящая способность колонии блокирована и подвергнута искусственной архаизации.

Дмитрий Медведев с большим интересом совершает экскурсии на фармпроизводства. Фото: kremlin.ru

Вернемся к Посланию Президента. В нем читаем: «Стимулирование производства лекарств и оборудования будет осуществлено в том числе и через механизм государственных закупок. Уже через пять лет доля отечественной продукции на лекарственном рынке должна составить не менее четверти, а к 2020 году — более половины всех препаратов». Надо полагать, этих решений Правительства российские фармпроизводители ждали давно.

В. Дмитриев (АРФП) рассказывает о перечне наиболее важных лекарств: «Более 53% в количественном выражении и до 50% в денежном выражении могут полностью закупаться за счет уже локализованного в РФ производства. Таким образом, уже сейчас российские фармпроизводители располагают необходимым производственным и научным потенциалом, чтобы обеспечивать значительную долю потребности отечественного здравоохранения». По мнению Дмитриева, «цифры, обозначенные Президентом, вполне достижимы при условии изменения нормативно-правовой базы, которая сейчас представляет неоправданные преимущества для импортеров, и, во-вторых, при условии модернизации механизма госзакупок лекарственных средств. Поскольку лекарства — это особый товар, по нашему мнению, необходимо, чтобы конкурсанты для участия в поставках товаров на госнужды отвечали следующим условиям: имели производственные площадки в России, были сертифицированы по стандарту GMP, гарантировали обеспечение указанного объема выпуска данного препарата и цену препарата».

Возникает закономерный вопрос: зачем нужны еще 10 лет для возвращения 50-процентной доли рынка отечественным фармкомпаниям? Ответ на него может заключаться в инертности законодательной базы и практики, но вероятно и другое объяснение.

Обратимся к другому государственному документу — «Концепции стратегии развития фармацевтической промышленности на период до 2020 года». В нем в качестве основной задачи названо «увеличение рыночной доли качественных отечественных препаратов. Под »отечественными препаратами» понимаются любые препараты, произведенные на территории РФ, независимо от того, кому принадлежит это производство. Не идет ли речь, таким образом, о подмене понятия «российское производство»? Ведь если за эти самые 10 лет на территории РФ будут построены производства иностранных компаний, которые сегодня доминируют на нашем рынке, и мы станем называть их лекарства «российскими», решатся ли вопросы (1) уходящей из РФ прибыли, (2) российского контроля над фарминдустрией?

На чем основана логика решений правительства о дальнейшей судьбе фармацевтической промышленности? Фото: kremlin.ru

А теперь заглянем в кошелек. В рамках Концепции предусмотрено финансирование в 178 млрд рублей (примерно 5,5 млрд долларов) на 11 лет. Много это или мало? По различным оценкам, для создания одного нового препарата западной фармкомпании требуется от 800 млн до 2 млрд долларов. Дженерики стоят значительно дешевле. Аналитика самого процесса создания лекарств показывает, что львиная доля научно-технических разработок в основе лекарств проводится вне крупных фармкомпаний и, таким образом, не обсчитывается в их бюджетах. Эти разработки проводятся в государственных научных учреждениях в основном на деньги федерального бюджета. То есть разработка лекарств — это еще и вопрос образования и науки. В общем и целом разработка и поддержка фармпрепаратов дело крайне затратное, и при бюджете в 178 млрд рублей можно говорить в лучшем случае о производстве дженериков, не самом активном и передовом. Это если говорить о строительстве фарминдустрии с нуля.

В этом смысле интересен вот какой факт. По экспертным оценкам, на сегодняшний день 90-95% сырья для так называемых «лекарств российского производства» — зарубежного происхождения. То есть фактически российские фармкомпании сегодня не имеют возможности не только разрабатывать новые лекарства, но и в большинстве случаев не обладают полным циклом производства уже разработанных ранее препаратов (дженериков). Их роль зачастую сводится к упаковке лекарств. При этом фармсырье поступает в Россию часто китайского и индийского происхождения, и его качество вызывает у российских медиков и фармацевтов множество вопросов. Такое фантомное состояние российской фармпромышленности задает сегодня логику решений Правительства, как ранее логика решений Правительства привела эту промышленность в фантомное состояние.

В заключение о 51 стратегически значимом лекарстве. В ноябре прошлого года на встрече с Д. Медведевым глава Минздравсоцразвития Т. Голикова представила этот список. Минздравсоцразвития исходило из перечня в 658 препаратов, который был утвержден в 2007 году. Министерство уменьшило первоначальный перечень до 488 препаратов и на их базе сформировало перечень в 51 стратегически значимое лекарство. При этом, по данным министерства, из сокращенного до 488 лекарств списка на территории РФ не производится в общей сложности 165.