Виктор Звагельский. Фото: zvagelskiy.ru

Автор проекта по ужесточению правил торговли пивом рассказал, почему отделять пиво от алкоголя нельзя.

«Просто мы влезли в их огород, в который никто никогда не влезал. Они так привыкли жить уже 20 лет», — заявил газете «Взгляд» глава думского подкомитета по подакцизным товарам Виктор Звагельский. Так он прокомментировал резкую реакцию пивоваров на возможные ограничения пивной отрасли.

28 июня в Госдуме во втором чтении будет рассмотрен законопроект, ужесточающий правила игры для пивной отрасли. Первое чтение этот законопроект прошел еще 22 февраля. Тогда самым неприятным для пивоваров стал запрет на продажу пива крепостью более 5% в нестационарных точках (ларьках, палатках, с рук и т. д.), а также запрет на продажу пива крепостью более 5% в рознице с 23.00 до 8.00 утра.

Однако рабочая группа под руководством депутата Госдумы от «Единой России» Виктора Звагельского ко второму чтению подготовила ряд поправок. В частности, предложила полностью запретить продажу в ночное время пива любой крепости, торговлю им индивидуальным предпринимателям, продажу любого пива в пластиковой таре и главное — ввести обязательное лицензирование производства и оборота пива.

В таком варианте этот законопроект был отправлен в апреле на согласование правительственных министерств и ведомств. Оказалось, что правительство согласно далеко не со всеми предложенными пунктами.

Союз пивоваров России тогда выступил резко против ужесточений для отрасли. Пивовары стали отстаивать право на «жизнь без лицензии», уверяя, что тем самым предупреждают коррупцию, ведь взятки многократно превышают официальную стоимость лицензии. В союзе также уверяли, что лицензирование нецелесообразно с точки зрения взимания акцизов. «Лицензирование крепкого алкоголя существует много лет, а эффективность сбора налогов не превышает 50%, лицензирования пива нет, а эффективность сбора налогов — 100%», — говорил глава Союза пивоваров Виктор Пятко.

Почему рабочая группа настаивает на ужесточении регулирования пивного рынка, и какие поправки не одобрили правительственные министерства, газете «Взгляд» рассказал Виктор Звагельский.

— Пивовары считают поправки, которые предлагает рабочая группа, очень жесткими, способными привести к убыткам как пивоваров, так и производителей ПЭТ-упаковки и индивидуальных предпринимателей. Вы согласны с тем, что ограничения очень жесткие?

— Никаких жестких поправок нет. Так как пиво приравнивается к алкоголю, а это уже в любом случае будет, то, соответственно, на него надо распространять ограничения, которые распространяются на весь алкоголь. Это касается и рекламы пива, и мест, и времени продаж. Мы же, наоборот, говорим о том, что для пивоваров надо ввести переходные периоды и дать некоторые преференции.

К примеру, мы не вводим для пива систему ЕГАИС и акцизные марки. Мы пока отменили поправки, запрещающие продажу пива частными предпринимателями, что по другому алкоголю уже давно запрещено. То есть, наоборот, мы даем пивоваренной отрасли преференции. А если не вносить никаких поправок, то завтра на пивном рынке будут действовать те же самые ограничения, что и на всем алкогольном рынке.

— Какие еще преференции вводятся для пивной отрасли?

— Возможно, мы не будем рассматривать запрет на продажу пива в ночное время. Как вариант, мы также не будем убирать пиво из нестационарных торговых объектов. Другое дело, что глобально отделять пиво от алкоголя нельзя. Поэтому эти преференции должны быть сведены к минимуму.

— Почему решили отказаться от запрета на продажу пива в ночное время и в ларьках?

— По ночному времени вопрос неоднозначный. Рабочая группа считает, что ночные продажи пива надо запрещать, а правительственная позиция — что, наверно, это делать пока нельзя. Всегда же находится щит, которым прикрываются. В данном случае прикрываются малым бизнесом. То, что в этих палатках подростки круглосуточно пьют пиво и слабоалкогольные напитки, — это никого не волнует, а малый бизнес, оказывается, умрет без алкоголя.

— А запрет на продажу пива в пластиковой таре сохраняется в поправках?

— Здесь ситуация несколько обратная. Правительство как раз было не против введения этого запрета. Но я высказал мнение, что это неоднозначный вопрос и его с бухты-барахты решать нельзя.

После того как рабочая группа внесла эту поправку, мы получили массу исследований, противоречащих друг другу. Кто-то говорит, что пластик — это плохо, пиво в нем имеет маленький срок хранения. Кто-то говорит, что пластик — это хорошо, он более экологичный. Поэтому, чтобы не наломать дров, мы эту поправку вообще пока сняли.

— А что касается лицензирования? Зачем его надо вводить для пивоваров?

— Мы не говорим о лицензировании всего пивного производства. Мы не будем лицензировать мощности объемом ниже 30 тыс. декалитров в год. Таким образом, мы выводим из-под лицензирования все мини-пивоварни, которые составляют больше половины всех зарегистрированных пивных предприятий в России.

Пивовары же настаивают на больших объемах, не попадающих под лицензирование. Но пивовары настаивают на всем. Просто мы влезли в их огород, в который никто никогда не влезал. Они говорят: мы не хотим, чтобы государство ограничивало нас хоть в чем-то. Они так привыкли жить уже 20 лет.

Пивовары говорят: «Мы платим 100% налогов, и зачем нам устанавливать счетчики, которые будут измерять объем нашего производства». Они действительно платят 100% налогов, только от того объема произведенного пива, который они сами заявляют. Вот через Союз пивоваров они заявляют, что все пивные предприятия в России произвели 20 млн декалитров пива и с них они заплатили 100% налогов. А реально они, может, произвели раза в четыре больше. Мы же не знаем, а надо знать. Но они сопротивляются. Говорят: мы такие хорошие и прозрачные, не надо к нам лезть. Но если вы такие прозрачные, то чего вы боитесь?

— То есть пивовары могут скрывать свои реальные объемы производства, чтобы платить меньше налогов?

— Да, мы не знаем, сколько они производят. Мы можем сказать, сколько производится в стране вина, водки, слабоалкогольных напитков, а по пиву — не знаем. Счетчики, которые измеряли бы объемы производства пива, не установлены на производственных площадках. Даже отдельной статьи в бюджете по пиву нет.

При этом мы из лицензирования пивной отрасли еще много пунктов убрали, оставили как раз минимум. Но все равно вот такая реакция. Важная функция госконтроля и лицензирования состоит в том, чтобы проверять факты уплаты налогов. Пивовары все время заявляли, что мы не воруем налоги, и они были абсолютно правы. Акцизы были подняты меньше года назад. До этого у них вообще налогов не было, поэтому воровать было нечего. Теперь, когда в бутылке пива 70% составляет налог, соблазн его не заплатить очень велик, тем более если тебя государства не проверяет и нет даже акцизных марок, которые хоть как-то контролируют налогообложение. Вот о чем идет речь.

Это разговор о том, что все должны играть по единым правилам. Например, когда мы говорим о запрете рекламы пива. Эта тема тоже тянется несколько лет. Все понимают, что рекламы не должно быть, но почему-то это вызывает какое-то сопротивление пивоваров. Но понятно, почему.

Они говорят, что мы ужесточаем правила. Так мы ничего не ужесточаем. Если пивовары найдут хоть один пункт по пиву, который будет более жестким, чем по любому другому алкоголю, я лично сниму все свои вопросы по пиву.

— Ну, они вообще не считают пиво таким же алкоголем с добавлением спирта, как водку…

— Если не считать пиво алкоголем, то любое нововведение, о котором мы сейчас говорим, является ужесточающей мерой. А если пиво считать алкоголем, то все это можно рассматривать как преференции для пивоваров по сравнению с любым другим алкоголем.

Все позиции комитета и мои они знают. Ничего против пивоваров лично я не имею. Пиво очень люблю и пью его с удовольствием. Все разговоры о лоббистских тенденциях тоже не выдерживают никакой критики. Единственным прямым конкурентом для пива является российская винная промышленность, которая была фактически уничтожена, в том числе благодаря усиленной рекламе пива.