Жительница Читы Елена Анисина потребовала от московской фабрики «Красный Октябрь» компенсацию за использование ее образа на обертке шоколадки «Аленка». Об этом она рассказала в интервью «Комсомольской правде», опубликованном в четверг, 12 мая.

50-летняя женщина, работающая уборщицей, рассчитывает получить от «Красного Октября» 200 миллионов рублей, или 3 миллиона долларов.

«Когда мне было три годика, мы шли с мамой по улице, а навстречу нам — репортеры. В плащах, да с фотоаппаратами на груди. Щелкнули меня несколько раз, а я еще такая хорошенькая была, в платочке (...). «Мамаша, ваша дочка будет на обертке шоколадки «Красный Октябрь!» — сказали», — отметила Анисина.

Женщина признала, что ее мать эту историю не помнит, однако сама она уверена, что все было именно так. Читинка также заявила, что готова пройти любую экспертизу, чтобы доказать свою правоту.

Между тем физиогномист Олег Воеводин, сравнив обертку «Аленки» и детское фото Анисиной, заявил, что это два разных человека. «При делении лица на две половинки у ребенка подбородок уходит в левую сторону, нос — в правую, а макушка посередине. У обертки же подбородок и нос уходят в левую сторону. Это основные различия между лицами. Есть еще и дополнительные — это брови. У «Аленки» они полукругом, а у девочки ломаные», — рассказал он в комментарии Life.

Шоколад «Аленка» начали изготавливать в СССР с 1965 года. На первых этикетках изображались девочка в синем платке, девочка с лейкой и девочка с собачкой и зайчиком. Позднее руководство «Красного Октября» объявило конкурс на фотографию девочки, которая станет темой для оформления шоколада. Победил снимок журналиста Александра Геринаса, который в 1960-м сфотографировал свою восьмимесячную дочь Лену в шелковом платке. Однако прежде чем оказаться на обертке «Аленки», фото подверглось творческой переработке художника Николая Маслова.

В 2000 году Елена Геринас подала иск к «Красному Октябрю» о защите авторских прав и потребовала от фабрики выплатить ей 5 миллионов рублей, а также заключить с ней лицензионный договор. Тем не менее суд, продлившийся более двух лет, признал портрет девочки на шоколадке новым самостоятельным произведением.