Кубанский парламент принял в первом чтении закон «О развитии чаеводства на территории Краснодарского края». Впервые вводится понятие «Краснодарский чай». Наносить это название на упаковку имеют право только производители, которые используют исключительно выращенный в регионе чайный лист. Предполагается, что закон позволит защитить качественную отечественную продукцию от подделок: власти считают, что крупные предприятия во время переработки щедро добавляют в «Краснодарский чай» дешевый вьетнамский и китайский. Представители компаний обвиняют в производстве контрафакта друг друга, а заодно фермеров.

Депутаты Законодательного собрания Краснодарского края приняли в первом чтении закон «О развитии чаеводства на территории Краснодарского края». Одним из ключевых пунктов закона является статья восьмая, регулирующая использование бренда. Согласно этой статье, употреблять название «Краснодарский чай» имеют право только предприятия, выращивающие и производящие чай исключительно на сочинских плантациях.

По словам заместителя председателя комитета по вопросам аграрной политики и потребительского рынка Дмитрия Козаченко, некоторые производители подмешивают дешевую китайскую и вьетнамскую взвесь в краснодарский чай. «Мацеста чай» только за первое полугодие 2016 года закупил в Индии и Китае более 100 тыс. т дешевого чая. Есть выписка из таможенной декларации, которая подтверждает закупки (копия есть у «Ъ»)», — утверждает господин Козаченко. По словам гендиректора ООО ТД «Мацеста чай» Лилии Смольковой, закупки велись для сторонних заказов. «Чай покупала «Мацестинская чайная фабрика» — это отдельное юридическое лицо. Она может фасовать все, что угодно и для кого угодно. «Мацеста чай» производит чай только из того листа, который выращивается на плантациях Сочи», — сказала «Ъ» госпожа Смолькова. По ее словам, контрафакта опасаться стоит только со стороны фермеров и коммерческих предприятий, у который нет своих плантаций: «У фермеров, которые выращивают чай на одном гектаре, нет своей переработки. Она происходит вручную. Нет никакого контроля качества, что они в чай подмешивают и какого он качества на выходе. Или «Объединение «Краснодарский чай»: они заявляют, что производят 700 т чая в год. Как это возможно, если на территории Краснодарского края выращивают всего 300 т?».

Управляющий ООО «Объединение «Краснодарский чай» Серафим Тимченко не отрицает, что предприятие делает купаж. «Это делается, чтобы продукт был более доступным для потребителя. Купажированный черный листовой чай стоит порядка 100 руб. за 100 грамм, «чистый» — в среднем от 400 руб. Мы работаем в партнерстве с ОАО «Солохаульский чай», берем сырье у них. У ОАО «Мацеста чай» и у «Мацестинской чайной фабрики» — один учредитель. Насколько нам известно, они тоже делают купаж. Разница только в том, что руководство компании это отрицает», — заявил «Ъ» господин Тимченко.

Господин Козаченко считает фермерское происхождение продукции как раз одним из показателей качества: «Фермер Андрей Кульян из Варваровки на половине гектара выращивает такой чай, что его раскупают еще до созревания урожая. Он занимается этим 20 лет, его чай в Кремле пьют. Ручное производство всегда ценилось выше, чем массовая переработка. Это как гаражное вино или французский сыр ручной работы».

По мнению депутата комитета по вопросам санаторно-курортной сферы и развития туризма ЗСК Виктора Теплякова, речь идет об обычном конфликте интересов: «Краснодарский чай, при условии, что он настоящий, — это уникальный, очень полезный продукт с высокими вкусовыми качествами. 15 млн туристов, каждый из них хочет купить и привезти с собой из поездки что-то особенное. Если даже 10 млн туристов купят по пачке «Краснодарского чая» стоимостью 350 руб., несложно подсчитать, насколько выгодно его продавать».

При этом все опрошенные «Ъ» специалисты считают защиту бренда актуальной задачей. «Комитет по защите прав потребителей, ОБЭП, Роспотребнадзор смогут в любое провести экспертизу и проверить, что именно продается в упаковке с названием «Краснодарский чай». И если какая-то компания будет уличена в подделке, ее заставят заплатить за обман — в прямом и переносном смысле», — подчеркнул господин Тепляков.