Фото: lifenews.ru

Продажи в уфимских магазинах колбасы со странным названием «Вареные дети» («Балалар бешерелгэн») вызвали ажиотаж в средствах массовой информации. Эту новость опубликовали все ведущие интернет-издания. Сейчас, судя по всему, пошла вторая волна.

На портале Администрации города Уфы 24 августа появилось сообщение о том, что там состоялось расширенное заседание терминологической группы, где чиновники обсудили стратегию борьбы с грамматическими, стилистическими и лексическими ошибками на этикетках местной продукции.

Вышли и другие публикации на эту тему. Так, портал ProUfu.Ru привел мнение завода-производителя по поводу сложившейся ситуации.

— Мы считаем, что шумиху вокруг колбасы создали СМИ как результат черного PR конкурентов. Сейчас заказана новая упаковка для колбасы, ошибка устранена, другие этикетки выпускаемой продукции мясокомбината сданы в экспертизу, — рассказала журналисту ProUfu.Ru бренд-менеджер мясокомбината «НУМИК» Елена Ивушкина. И добавила, что с тех пор, как началась «колбасная эпопея», продажи оконфузившегося продукта повысились.

Интернет-ресурс «Открытая Уфа» опубликовал гневную статью политического характера, где поведал о том, как этикетировка и маркировка башкирской продукции становятся яблоком раздора между местными властями и бизнесом.

Начало материала выглядит как расследование. Сообщается, что ранее мясокомбинат «НУМИК» выпускал вареную колбасу «Ням-ням». Но, согласно башкирскому законодательству, вся местная продукция должна иметь перевод на титульный язык — сделали такой перевод и для нее. Как правило, в тонкости перевода никто не вникает, так как большинство жителей края всех национальностей в состоянии понять, что означает «детская варёная колбаса».

— Мне лично перевод на колбасной оболочке совсем не нужен, я не него никогда не смотрю! — сообщила пенсионерка Ольга Ивановна корреспонденту. — Я бы предпочла, чтобы на этом лишний раз напечатали состав продукта, а то неизвестно, что в нашу колбасу кладут. Пока найдешь нужную информацию, раз пять палку в руках перевернешь, а продавцы недовольны. Бывает так, купишь кусок, потом пытаешься узнать ингредиенты, а напечатано только на непонятном башкирском.

Действительно, кому нужно вчитываться в «Балалар бешерелгэн hыуытылган колбасаhы», если для 75% населения это фраза на чужом языке? — спрашивается в статье. «Вареная колбаса для детей» — что ещё нужно? Далее приводятся экспертные мнения, почему в название продукта вкралась ошибка.

— Перевод фразы на башкирский язык — «Балалар бешерелгэн hыуытылган колбасаhы» — выполнен некорректно, так как не соблюден порядок слов. Определение «балалар» должно быть написано непосредственно перед существительным «колбасаhы», — комментирует ситуацию сотрудник бюро переводов «Агидель», переводчик Ляйсан Зиянбердина.

С ней не согласна филолог Гульфия Баимбетова, которая считает, что нужно было писать «Балагар осон бешерелгэн колбасары», то есть в переводе было пропущено слово «осон».

Как бы там ни было, колбаса продавалась, и никто не замечал ошибки. Но тут «неграмотный продукт» попался на глаза уфимки Фирдаус Кадыровой.

— «Балалар есен бешерелген» — это правильное название, а «Балалар бешерелген» — то, что получилось. Когда я это прочитала, меня охватил настоящий ужас. Лично мне эту колбасу покупать больше не хочется, — возмущается она.

Затем новость о «вареных детях» появилась в Инернете, оконфузившийся производитель пообещал исправить ошибку. И на этом все могло бы закончиться, ведь, как подчеркивает «Открытая Уфа», ляпы на этикетках и вывесках на территории РФ встречаются на каждом шагу.

Но далее событие перешло в разряд политических конфликтов. «Башкирский национализм усмотрел в отсутствии предлога нечто крамольное и неуважительное», говорится в статье. Доктор филологических наук, профессор, заведующий кафедрой журналистики БГУ, лауреат премий имени М. Уметбаева и З. Биишевой Тимергали Кульмухаметов выскал недовольство, заявив, что «человек, знающий башкирский язык, такой досадной ошибки допустить не мог. Поэтому, скорее всего, фразу переводили со словарем с русского языка».

Один из читателей блога Хамитова заявил, что жителей края нужно принудительно обучать башкирскому языку. Кто-то высказал мнение, что каждое местное предприятие должно иметь в штате башкира или обращаться к услугам внештатных переводчиков.

Следом к делу подключилась Терминологическая группа комиссии по реализации Закона РБ «О языках народов Республики Башкортостан» при уфимской мэрии. Она обязала руководителей предприятий и организаций согласовывать любые переводы с Терминологической группой.

Далее «Открытая Уфа» рисует отнюдь не радостную перспективу столкновения идеологических и финансовых интересов местных чиновников, носителей башкирского языка (которых с иронией называют «языковой инквизиции») и бизнесменов.

При этом высказывается версия, что в первую очередь среди пострадавших в «войне с вывесками и фантиками» окажутся башкирские малые и средние предприятия. Так как крупные российские и иностранные компании, работающие в пищевой промышленности и торговле, игнорируют требование республиканского закона «О языках» и не торопятся переводить на башкирский язык вывески и этикетки своей продукции.

По словам начальника управления потребительского рынка уфимской мэрии Ирины Рублевой, транснациональные компании, работающие в столице Башкирии, почти невозможно заставить перевести свои вывески на башкирский язык.

«Как бы в мэрии ни хотели, например, чтобы «Efes-Амстар» клеил на свое пиво башкирскую этикетку, сегодня договориться с иностранцами не получается. Хотя сама г-жа Рублева призналась, что смутно себе представляет, как будет выглядеть переведенная вывеска «Макдональдса», пишет «Открытая Уфа». И добавляет, что «в мэрии почему-то забыли, что по действующему законодательству допускается использование иностранных слов и символов при наличии свидетельства на товарный знак, зарегистрированного в Федеральной службе по интеллектуальной собственности, патентам и товарным знакам».

Что дальше? — размышляет корреспондент. Потребуют переводить на башкирский все вывески торговых и увеселительных заведений? Будут вымогать деньги за корректный перевод? Или брать взятки с предпринимателей? Пока ответ неочевиден, но перспектива не радужная. А все началось с банальной ошибки на этикетке колбасы «Ням-ням».